Большевистская «Панама». К Столетию Октябрьского переворота

Опубликовано: 16 февраля 2018 г.
Рубрики:

 "ПАНАМА", жульническая афера правления акционерной компании, созданной во Франции в 1879 для сооружения Панамского канала. В переносном смысле - крупное политическое и финансовое мошенничество, афера.

 Большой Энциклопедический Словарь

 

 В 1913 году Российская империя занимала 2-е место в мире по запасу золота - больше золота было только у Соединённых Штатов Америки. Революция и Гражданская война значительно опустошили российскую казну, и в конце 1920 года золотой запас Советской республики составлял лишь 852 тонны золота на сумму 1,1 миллиарда золотых рублей.

 А между тем, в 1920 -1923 годах большевиками было вывезено на Запад около двух третей этого золота и самой значительной фигурой, участвующей в этой авантюре, был подручный Ленина, убеждённый англофил и, согласно советским сказкам, «отечественный самородок – изобретатель тепловоза» профессор Юрий Владимирович Ломоносов. Попробуем понять, каким образом бывший крупный сановник, товарищ (то есть заместитель) министра путей сообщения, статский советник, (соответствующий по табелю о рангах чину генерала), неоднократно награждённый царскими орденами смог получить от большевистского правительства огромные полномочия, позволившие практически бесконтрольно распоряжаться колоссальными денежными средствами.

 

Родился наш герой в Москве, в семье мирового судьи в 1876 году. Как и подобает сыну дворянина, Юрий воспитывался в имени Екатерины Второй кадетском корпусе, одном из семи императорских кадетских корпусов России. После окончания в 1898 году Петербургского института инженеров путей сообщения Ломоносова пригласили в Варшавский политехнический институт на должность ординарного профессора. В 1905 году после защиты диссертации по динамике локомотивов молодой учёный занимает должность инспектора Российских железных дорог. Карьера Ломоносова складывалась на редкость удачно, и в январе 1912 года Ломоносов был назначен помощником начальника управления всех железных дорог России, фактически на генеральскую должность. 

. Но самым невероятным является то, что одновременно с этим Ломоносов состоял в Российской социал-демократической рабочей партии (РСДРП), а в 1905-1906 годах даже входил в подпольную Военно-техническую организацию ЦК РСДРП, руководимой будущим Наркомом внешней торговли Л. Б. Красиным и занимавшуюся подготовкой терактов и вооружённых восстаний. 

 Найти разумное объяснение тому, что заставляло дворян, интеллигенцию, крупных промышленников, примкнуть к революционному движению, и сегодня вряд ли возможно. Допустим, незадачливый помощник присяжного поверенного Ульянов–Ленин, проигравший все шесть судебных процессов, в которых он участвовал, был одержим желанием отомстить царскому правительству за казнённого брата Александра. Но как понять предпринимателя, мецената Савву Морозова, знаменитого писателя Максима Горького, актрису Московского художественного театра Марию Фёдоровну Андрееву и подобных им людей? События Октябрьского переворота, Гражданской войны, коллективизации, Большого террора в полной мере подтвердило правоту русской пословицы: « Не буди лихо, пока оно тихо».

После поражения декабрьского 1905 года восстания, и последовавшего вслед за этим разгула реакционных сил Ломоносов отошёл от революционной борьбы и сосредоточился на работе в Инженерном совете министерства путей сообщения. 

В феврале 1917 года в России грянула революция. В жизни человека бывают мгновения, когда он оказывается в поворотном моменте истории, и именно это произошло с Юрием Ломоносовым. Ночью 28 февраля Комиссар временного комитета Государственной думы А. А. Бубликов, взяв себе в качестве помощника Ю.В. Ломоносова, собрал небольшой отряд, захватил Министерство путей сообщения и 

 не дал поезду Николая II вернуться в Царское Село из Ставки. По инициативе и при участии Ломоносова были разобраны железнодорожные пути, которые помешали верным Николаю II войскам 1-2 марта прибыть ему на помощь, и императору пришлось отправиться в Псков, где он и отрёкся от престола. Кроме того, Ломоносов руководил публикацией и участвовал в подписании акта об отречении НиколаяII и акта об отказе Великого князя Михаила Александровича от престола. 

 Временное правительство отблагодарило профессора, и в 1917 году его послали в США руководить Русской миссией путей сообщения, занимавшейся закупками паровозов для России, где он и пробыл вплоть до середины 1919 года. Правда, до своего возвращения профессор успел-таки прокрутить афёру с американскими паровозами и вагонами, которые заказывались (оплата шла золотом) еще царским и Временным правительствами. По утверждению Ломоносова этот подвижной состав Русская миссия в 1919 году якобы поставила во Владивосток, который тогда вообще не контролировался большевиками, и поэтому узнать о том, сколько реально паровозов и вагонов было отгружено так и не удалось. По неподтверждённым сведениям, большая часть заказа вообще не покинула США, а деньги были банально "распилены".  

В декабре 1919 года части Красной Армии под командованием Фрунзе с боем захватили Эмбенские нефтепромыслы в Северном Казахстане. К тому моменту там скопилось более 14 млн. пудов нефти. Эта нефть могла бы стать спасением для Советской республики. 24 декабря 1919 года Совет Рабоче-крестьянской обороны принял решение о начале строительства железной дороги длиною 500 вёрст, по которой можно было бы вывозить нефть из Казахстана в центр. 

Первой на строительство железной дороги была брошена армия Фрунзе, который категорически возражал против этого, поскольку не было ни транспорта, ни топлива, ни достаточного количества пищи. Начались повальные болезни, переросшие в эпидемию, и к строительству в принудительном порядке пришлось подключить население Саратова и Самары.

Начальником строительства, получившего название «Алгемба» (типичная для тех времён аббревиатура, образованная от названия населенных пунктов), был назначен профессор Ломоносов. Руководство стройки предложило, в обход существующего законодательства, вести все расчёты наличными, объясняя это тем, что в условиях повального дефицита необходимые материалы можно купить только на черном рынке. Более того, «алгембовцы» потребовали права вообще ни перед кем не отчитываться в расходовании выделенных средств. Рабоче-Крестьянская Инспекция, находясь в здравом уме и твердой памяти, им отказала, и тогда Ломоносов обратился с этой просьбой прямо к Ленину, поскольку между Лениным и Ломоносовым существовали какие-то особые отношения.

 В порядке исключения, Ломоносову по указанию Кремля был выделен 1 миллиард рублей. В марте 1920 года задача еще больше усложнилась, так как было принято решение параллельно с дорогой строить нефтепровод для прокачки нефти. Труб, как и всего остального, не было, а попытки искать остатки и разбирать участки действующих трубопроводов ни к чему хорошему не привели. Трубы сильно различались по длине и диаметру, но это не смущало большевиков. И пусть собранных «запчастей» все равно не хватало даже на половину трубопровода, строительство всё равно продолжалось.

К концу 1920 года стройка начала задыхаться. Тиф уносил по нескольку сот человек в день. Вдоль трассы пришлось выставить охрану, потому что местные жители стали растаскивать шпалы. Вскоре рабочие вообще отказались выходить на работу, вдобавок к этому на стройку пришла холера. Несмотря на мужество врачей, добровольно прибывших на «Алгембу», смертность была ужасающей. 

Слухи о немыслимых перерасходах средств на строительство дошли до Председателя ВЧК Дзержинского, и он поручил собрать всю информацию о деятельности и личной жизни руководителя «Алгембы». Оперативное управление ВЧК отчитывается Дзержинскому: 

“Инженер Ломоносов в Москве ведет роскошный образ жизни. Жена Ломоносова проживает в Стокгольме и работает в одном из банков. Ломоносов часто навещает ее, причем за государственный счет и в загранпоездках ни в чем себе не отказывает. Дети Ломоносова живут и учатся в Англии”. (Прямо, как нынешние чиновники и олигархи!)

 Ломоносов, почувствовав опасность, скоропостижно, не дожидаясь окончания стройки, покинул свой пост и все чаще стал пропадать за границей под предлогом ведения каких-то переговоров. 

 Через четыре месяца после начала строительства «Алгембы», уже в апреле 1920-го Красная армия освободила Баку и Грозный, после чего, Эмбенская нефть уже была не нужна. Тысячи жизней, принесенные в жертву стройке, оказались напрасными, казалось бы, можно было уже тогда прекратить бессмысленную деятельность, но Ленин упрямо настаивал на продолжении строительства. 

 Только в октябре 1921 года директивой Ленина строительство было прекращено. Полтора года «Алгембы» стоили тридцать пять тысяч человеческих жизней и потери более миллиарда рублей. Полного финансового отчета так никто и никогда не получил, но скорее всего, средства осели на зарубежных счетах профессора Ломоносова. А между тем перед ним открылась ещё более головокружительная перспектива. 

 В 1920 г. Ленин хотел видеть Ломоносова на важнейшем хозяйственно-политическом посту - наркома путей сообщения, но его кандидатуру Совнарком не утвердил. 

Для понимания личности этого человека, стоит ознакомиться с фрагментами его письма Ленину, с которым можно ознакомиться в 54 томе полного собрании сочинений вождя. Обратите внимание на образ мысли и стиль отправителя письма.

Владимир, Ильич! От души приветствую Ваше выздоровление и очень извиняюсь, что не сразу ответил на Ваше письмо от 18 сентября….. В нем чувствуется как будто упрек, что я бездействую, в то время, как я завален ответственной и, смею думать, плодотворной работой. ……. Относительно службы в НКПС я при особом мнении. ….В низы и сейчас я идти не прочь, только зачем? На верхах же современного НКПС мне места нет. Быть советчиком, сидеть в разных Госпланах, комитетах есть тьма искусников, я - не из их числа…… Я уже человек старый, со сложившимся философским, административным и техническим мировоззрением, и человек сильной воли. Меня можно сломить, но не согнуть. Служить могу, прислуживаться нет. Я могу служить, только ясно видя цель и средства. Плавать по поверхности не умею и не буду…. Не только мою службу в НКПС, но и вообще мою административную работу надлежит считать законченной. Не пришелся я Вам ко двору. Я это сам сознал и смирился. Есть только один путь использования силы и знания. Это — путь научного творчества. Заприте меня с 2-3 красотками (?!) в совхоз или в немецкий университетский городишко на 5-7 лет, и я обязуюсь закончить обработку моих опытов над паровозами, из коих некоторые, смею думать, имеют всемирное значение….

. С товарищеским приветом, искренно Вам преданный Ю. Ломоносов

И всё же Ломоносов получает огромные реальные властные полномочия. 17 июня 1920 г. Ленин подписал «Наказ Российской железнодорожной миссии за границей», в котором главе миссии Ломоносову давались все права Народного комиссара, в том числе - окончательного разрешения вопросов на месте. Важно отметить, что во всех делах Ломоносов становится подотчетен только Совнаркому, то есть Ленину. Перед Ломоносовым была поставлена задача, покупать и ремонтировать (за золото) паровозы, приобретать вагоны, цистерны, запчасти и т.п. Речь шла о заказе на строительство на 1700 (потом его снизили до 1200) паровозов в Швеции и Германии.

Что ж, попробуем с цифрами в руках рассмотреть деятельность профессора Ломоносова и возглавляемой им железнодорожной миссии.

 Оценка положения на транспорте в советской России в 1920 году показывает, что если в январе в стране было 12,4 тысячи паровозов, то в декабре, после окончания Гражданской войны их число возросло до 19,2 тысячи. За первую половину года было отремонтировано 3,4 тысячи паровозов, а за вторую половину – 7,8 тысяч. Кроме того, хорошо было известно, что в 1920году одна треть паровозного парка страны простаивала не из-за неисправностей, а, главным образом, из-за нехватки топлива. 

Здравый смысл подсказывает, что сначала надо было пустить в эксплуатацию все исправные паровозы, отремонтировать неисправные, и лишь после этого решать – нужны ли новые машины и сколько. Между тем, Ломоносов сделал для Политбюро совершенно иной анализ ситуации, настаивая на немедленной закупке за границей и утверждая, что без заграничных паровозов железные дороги в феврале 1921 года встанут. И, хотя, в начале 1920 г. США предложили советскому правительству поставить 200 мощных паровозов типа «Декапод» на весьма выгодных условиях платежа, был избран другой вариант: с огромной немедленной предоплатой русским золотом и поставкой паровозов в неопределенном будущем.

 Основной заказ, благодаря усилиям Ломоносова, получила шведская фирма «Нидквист и Хольм», собственником которой был Гуннар Андерсон. Она должна была построить для Советской России 1 000 паровозов и закупить в Германии, у поставщика «Виктор Бер» 100 паровозов. Зачем нужен был посредник (с неизбежными комиссионными), объяснить, кроме как «распилом» денег, невозможно, тем более, что фирма «Нидквист и Хольм» для выполнения советского заказа не имела требуемых производственных мощностей.

С мая1920 года золота в Швецию потекло рекой. Помимо авансовых платежей, составивших 17 миллионов шведских крон, до июня 1922 г. фирма получила от Советской России 94 миллиона крон. Любопытно, что заказы шведским заводам давались не напрямую, а через созданный Ломоносовым консорциум, единственной целью которого являлось взимание комиссионных с каждого заказа, выданного Советской Россией шведским фирмам. Нетрудно догадаться, кому и куда шли эти деньги.

Выполнением советского контракта к началу 1923 г. в Швеции было занято 69 заводов. Ломоносов и шведский посредник определяли, кому дать заказ (и на каких условиях), а кому не давать. Так как это делалось абсолютно субъективно, и не было ничего похожего на открытые торги (тендеры), то та или иная форма взяток была неизбежна. 

Наряду с крупными заказами на строительство новых паровозов в Швеции и Германии, Ломоносов от имени советского правительства сделал огромный заказ на ремонт паровозов в Эстонии. Кроме паровозов, было заказано 500 цистерн в Канаде, 1 000 - в Англии и Канаде, 200 паровозных котлов в Англии. 

Ломоносов не только делал заказы, но и вывозил огромное количество золота: в несколько раз большее, чем потребовалось для оплаты всех поставок паровозов, вагонов, цистерн, запчастей и прочего.

Так, например, согласно постановлению Совнаркома от 16 марта 1920 года, было забронировано триста миллионов (300 миллионов) рублей золотом в виде слитков и золотой монеты. 8 ноября 1920 г. Ломоносов сообщает: «в Ревеле им взято четыреста тридцать два ящика, заключающих российской золотой монеты на двадцать пять миллионов девятьсот двадцать тысяч рублей. В конце декабря 1920 г. в шведском банке «Нордиска Хандельсбанкен» находилось 20 тонн советского золота, ожидалось поступление еще 10 тонн. Чтобы судить о том, много это или мало для тогдашней России, можно напомнить, что в 1920 г. в стране было добыто 95 пудов (около полутора тонн) золота.На 1 сентября 1921 г. Ломоносову было выделено, по меньшей мере, 30 тонн золота тремя партиями для продажи в Швеции и Германии, а также для оплаты заказов на паровозы. 

Кроме того, Ломоносову было поручено организовать переплавку российского золота в Швеции с тем, чтобы после переплавки на слитках стояли штемпели Шведского Монетного двора - такое золото, без удостоверения о его происхождении, принимали повсюду, например, в Соединенных Штатах. 

Рабоче-Крестьянская Инспекция, подводя итог деятельности железнодорожной миссии под руководством Ломоносова за 1920-1923 годы, установила, что импорт паровозов и остального оборудования оказался в 5 раз меньше, чем расходы по железнодорожным заказам, плюс убытки от продажи золота по заниженным ценам. Даже самые приблизительные подсчёты показывают, что общая сумма потерь составила четверть золотого запаса страны.

Так куда же ушло столько золота? 

Абсолютно уверенно можно утверждать: никто не позволил бы одному человеку украсть четверть золотого запаса страны. Что-то, и немало, к Ломоносову прилипло, но лишь потому, что дело было слишком тонкое и деликатное, да к тому же, контроля со стороны Наркома Внешней торговли Красина и Председателя ВЧК Дзержинского почему-то не было. 

Вывод один - Ломоносов выполнял прямые директивы Ленина. 

Какие? Можно лишь строить гипотезы. Вполне возможно, деньги шли на подготовку революции в Германии - в 1923 г. мятеж все-таки удастся спровоцировать. Но нельзя исключать и какие-то иные варианты. 

 В июне 1922 г. Дзержинский, во исполнение решения Политбюро, секретно начал собирать материалы о железнодорожной миссии профессора Ломоносова. В конце 1922 г. была создана комиссия Совнаркома, обследовавшая положение дел в железнодорожной миссии, в результате работы которой Ломоносов отделался лёгким испугом - Совнарком объявил ему выговор. 

 1 апреля 1923 года миссия была ликвидирована, хотя по самым скромным оценкам, эта афера обошлась стране в 300-350 млн. золотых рублей.

Юрий Ломоносов оставался официальным представитель СССР по железнодорожной линии за рубежом вплоть до 1927 года, а затем он "после продолжительных раздумий" (а как же без них!) возвращаться обратно в «Совдепию» отказался, и остался жить в Германии, благо его семья уже давно жила в Европе. Примечательно, что Ломоносову дали спокойно эмигрировать и не трогали до самой смерти.

В 1929-1930 годах семья Ломоносова, «помыкавшись» в США, перебирается в Англию, в город Лидс. В своей любимой стране Юрий Владимирович также ничего особенно не показал - за 30-е годы в числе его "достижений" числится лишь разработка улучшенного типа... сенокосилки. Правда, англичане зверьми не были, истинную роль и значение Ломоносова, как посредника между большевиками и их западными покровителями, понимали, и поэтому в 1938 году наградили его... британским гражданством. А в 1944 году выдали ему все-таки и золотую медаль имени создателя паровоза Стефенсона.

 Умер Юрий Владимирович в 1952 году Монреале, там, где жил его сын. Все данные по нему сейчас хранятся в архиве Федеральной Службы Безопасности России и являются недоступными. Часть семейного архива Ломоносова в Лидсе была рассекречена лишь в 1988 году.

 В общем, это был полезный и нужный человечек. Для Англии, для Германии, с которой большевики щедро расплатились за помощь в захвате власти, и, конечно же, для Ленина и его ближайших соратников.

Спустя почти век, после того как созданное большевиками государство развалилось буквально на глазах, десятки и сотни «продолжателей дела» профессора Ю.В.Ломоносова, разворовывая богатства, созданные за годы советской власти, устремились на Запад, распихивая по норам похищенное. Будущим историкам ещё только предстоит оценить объёмы этой «Постсоветской Панамы».

 И по-прежнему вопрошает Николай Васильевич Гоголь: «Русь, куда ж несешься ты? дай ответ. Не дает ответа».