Национальный резерв бросают в игру

Опубликовано: 1 марта 2013 г.
Рубрики:

lipsky medvedev w.jpg

Заместитель директора Международного валютного фонда Джон Липски задает вопрос Дмитрию Медведеву
Пленарная сессия Всемирного экономического форума «Сценарии развития Российской Федерации». Заместитель директора Международного валютного фонда Джон Липски задает вопрос Дмитрию Медведеву. 23 января 2013 г.Сайт Председателя правительства РФ
Пленарная сессия Всемирного экономического форума «Сценарии развития Российской Федерации». Заместитель директора Международного валютного фонда Джон Липски задает вопрос Дмитрию Медведеву. 23 января 2013 г.Сайт Председателя правительства РФ
«Почему россияне сами не инвестируют в свою экономику?» — спросил заместитель директора Международного валютного фонда Джон Липски. И не получил ответа. Зато мы готовы отдать 10 триллионов «частной лавочке» для игры на бирже

 

Сбербанк РФ финансирует экспертов Всемирного экономического форума, которые готовят доклад «Сценарии для Российской Федерации». Все три варианта вероятного развития событий, оглашенные нынче в Давосе, словно из русской былины: направо, налево или прямо пойдешь — все равно потеряешь.

Первый сценарий: цены на нефть резко падают... дальше можно не продолжать. Второй — цены падают, но вполне терпимо, и все остается как есть, то есть в состоянии прогрессирующего упадка: «Растет уровень недовольства во многих социальных группах... Неравенство в доходах усиливается. Качество государственных услуг не улучшается, эти услуги пронизаны неэффективностью и коррупцией, в частности, в сфере здравоохранения». Третий... о нем потом.

Что бы ни говорили на любых экономических форумах, для нас-то за умозаключениями российских или зарубежных экспертов маячит наша Труба-спасительница. Нефтяная и газовая. Мы можем чувствовать себя более или менее уверенно, пока мир от нее зависит. Опасность в том, что зависимость ослабевает, спрос падает. По данным Центрального диспетчерского управления топливно-энергетического комплекса экспорт в дальнее зарубежье в прошлом году уменьшились на 3,5 процента, а в страны ближнего зарубежья — на 12,3 процента. В Украину — аж на 25 процентов. «Газпром» предъявил счет на 7 миллиардов долларов за «недобор». Украинский «Нафтогаз» ответил, что минимум, предусмотренный контрактом, «выбран». Дело перейдет в международные суды. Его уже называют Третьей газовой войной.

Отдельные случаи отражают неуклонные изменения на углеводородном рынке. Компания British Petroleum дала прогноз: уже в этом году США станут крупнейшим в мире производителем жидкого топлива, потеснив Саудовскую Аравию и Россию. «Сланцевая революция» там уже состоялась: США — на первом месте в мире по добыче газа. Теперь черед за нефтью, которую добывают тем же способом. В этом году или в течение ближайшего времени, но «процесс пошел». Украинский министр энергетики и угольной промышленности Эдуард Ставицкий объявил, что лет через пять Украина откажется от импорта российского газа. В Давосе подписан договор, который президент Украины назвал «эпохальным»: британско-нидерландская компания Royal Dutch Shell начнет разработку крупного месторождения сланцевого газа на территории Донецкой и Харьковской областей. Проект предусматривает более 10 миллиардов долларов вложений.

Чтобы сохранить поставки в Западную Европу, надо победить конкурентов с Ближнего Востока, с их сжиженным газом. Значит, снижать цены. Неприятная цепь зависимостей. Притом, что производство развращено высокими ценами, а уменьшать расходы, повышать эффективность не получается. Дают себя знать и затраты на «Северный поток» и «Южный поток». Их породил, как известно, конфликт с Украиной по поводу транзита российского газа в Европу. «После реализации всех запланированных «Газпромом» газотранспортных проектов транзитное значение Украины для экспорта российского газа будет равно нулю», — говорил недавно официальный представитель «Газпрома» Сергей Куприянов. Глава «Газпрома» Алексей Миллер заявил, что «украинской газотранспортной системе, по-видимому, место в музее». И, наконец, президент РФ Владимир Путин в конце прошлого года подвел итог: «Появится вопрос вообще о целесообразности существования ГТС Украины».

Однако уже в начале 2013-го министр иностранных дел России Сергей Лавров объявил, что долгосрочное сотрудничество с Украиной по поставкам газа в Европу продолжится. То ли появились сомнения в эффективности будущих «Северного» и «Южного» потоков, то ли сохраняется запасной вариант, то ли произошла ошибка, и сейчас ее пытаются исправить.

 

Тут самое время вернуться к третьему сценарию, оглашенному в Давосе — все остается как есть, но пробуждаются регионы, берут свою судьбу в собственные руки и пытаются инвестировать деньги в сельское хозяйство, в экономику: «После многих лет политического склероза радикальные изменения проводятся в провинциях, а не традиционным центром власти».

Существующая вертикаль власти, говорится в докладе экспертов Всемирного экономического форума, ограничивает развитие экономики, эффективность российского бюрократического аппарата остается низкой. Притом, что госаппарат разбухает. По данным Всемирного банка, расходы на общественные службы России увеличились в пять раз с 2002 по 2010 год. Общее число государственных служащих увеличилось на 44 процента, а число федеральных государственных служащих — на 68 процентов в период между 2000 и 2009 годами.

Разумеется, российская сторона не согласна ни с одним из трех сценариев. Премьер-министр Медведев сказал, что у нас есть другой, четвертый, путь: «В перспективе наша политика должна привести к значительному расширению экспорта продовольствия (а мы крупнейшая потенциальная аграрная держава в мире) и интеллектуальных услуг». Конечно, Россия может стать ведущей аграрной страной, обладая несметными площадями пахотных земель. Но это отдаленная перспектива, поскольку сейчас страна находится в глубокой зависимости от импорта зарубежного продовольствия. Какие интеллектуальные услуги мы начнем производить на экспорт — тоже область догадок. А тут еще на одном из «завтраков» для иностранцев Анатолий Чубайс продемонстрировал «единство рядов» в русском стиле — начал во здравие, кончил за упокой: «В правительстве России непрофессионалов нет... Но глядя на реальную экономическую ситуацию, никак этого не скажешь. Мы неэффективны и неконкурентоспособны... Коррупция, бесконечно слабая защита частной собственности, зависимая судебная система. Это коренные наши проблемы».

 

Главной задачей российской делегации на форуме в Давосе была, как отмечает зарубежная пресса, агитация с целью привлечения инвесторов. Даже неспециалисту видно, что простор у нас невиданный. Вспомним, с чего начался дореволюционный экономический подъем России. С иностранного капитала, развернувшего в России промышленное производство. Уголь Юзовки, бакинская нефть, добыча полиметаллических руд, цветная металлургия, электричество, телефон, телеграф, трамвай, железные дороги, рудники, заводы — это европейский капитал, Михельсон, Гужон, Нобель, Симменс и Шуккерт, Юз, Риддер, Уркварт и т.д. Все, что вложено было, стало российским богатством.

Увы, сейчас того, вековой давности, энтузиазма не наблюдается. Исключая строительство автозаводов, за что надо сказать отдельное спасибо Герману Грефу в бытность его министром экономического развития. Почему не хотят? Джордж Сорос, выступая на форуме в Давосе, сказал: «Это разваливающаяся экономика, которую Путин ведет в ошибочном направлении... Лучший совет — не инвестируйте в Россию». В общем и в целом с ним согласно давосское большинство: да, в России гораздо прибыльнее, но правила игры неясные, все зависит от конкретных чиновников, а не от законов.

Вполне возможно, нашим начальникам невдомек. Они ж, наверно, как мы, думают: ну, приняли какие-то законы, да кто их читает, тем более — исполняет. А иностранцы-то всерьез воспринимают, к примеру, закон о госизмене, под который могут подвести любой контакт с иностранцами. Казалось бы, Дмитрий Медведев — современный человек, европейский, а как напугал! Его спросили: «Что должны думать инвесторы о преследовании Сергея Магнитского?» И он всему миру сообщил: Магнитский был «не борцом за правду», а «корпоративным юристом, который отстаивал интересы людей, которые его наняли». Так потенциальным зарубежным инвесторам важна как раз защита «их корпоративных интересов»!

Есть больной вопрос, который и задал заместитель директора Международного валютного фонда Джон Липски: «Почему россияне сами не инвестируют больше в свою экономику?» Наш премьер ответил: «Это отражение неких бытовых представлений... неточная информация».

Увы. Росстат показывает, что отток капитала из России превышает приток. Купить заграничный футбольный клуб в сто раз безопаснее, чем основать «свечной заводик в Самаре» (Ильф и Петров, «12 стульев»). Наших трудно заманить в экономику, наши знают, как мы со своими обходимся. К иностранцам больше пиетета. Так что надежда на них. Потому что в ином случае, при падении цен и спроса на углеводороды, мы останемся за пределами мировой экономики, сейчас нам нечего больше предложить рынку.

 

Кроме денег. Сеть мгновенно облетела весть: «Деньги Резервного фонда и Фонда национального благосостояния передают «частной лавочке». Госдума рассматривала в первом чтении законопроект... Докладывал заместитель министра финансов Сергей Сторчак. Суть простая, идея давняя. Как только накопились 140-150 миллиардов долларов в государственной кубышке, правительственные финансисты начали вслух горевать, что они лежат без пользы, практически не приносят дохода. Как нынче сообщил депутатам Сторчак, размещение средств исключительно в иностранные облигации с высшим рейтингом дает доходность 0,74 процента годовых. А если хотя бы треть вложить в акции, доходы вырастут как минимум в 6 раз.

Но биржа, акции — риск. Фондами распоряжаются чиновники (министерство финансов), а они боятся рисковать, поскольку за малейший прокол (убыток, потери) полетят с постов. Им же не холодно и не жарко оттого, что деньги лежат мертвым грузом. Никаких премий (бонусов) они с них не получают и не получат. Так чего ради стараться. И потому правительство предлагает создать Открытое акционерное общество (ОАО) под условным названием «Российское финансовое агентство», передать ему средства, а там уж ухватистые биржевые спекулянты, то бишь менеджеры, пустят наши нефтедоллары в оборот, и деньги в казну потекут рекой.

Депутаты возмутились. Забегая вперед, скажем, что резко выступила и «Единая Россия», но ее же голосами законопроект был... принят в первом чтении. (Тут своя подоплека, о ней речь впереди.)

Сюжет столь острый, что необходимо держаться максимально близко к тексту выступлений.

Депутат Борис Кашин, КПРФ:

«Серьезную тревогу вызывает не только сам текст законопроекта, но и процедура его прохождения по коридорам власти... Дохлая кошка, раскопанная где-то во дворе министерства финансов, проталкивается через правительство и, несмотря на сопротивление Думы, выносится на пленарное заседание для принятия в первом чтении... Что же произошло? А 16 января прошло совещание по экономическим вопросам, которое собрал президент Путин, посчитав нужным пригласить туда исключительно экономистов либерального толка и банкиров, хотя речь шла о замедлении промышленного производства и трудностях в сельском хозяйстве. Путин ставит совершенно правильную задачу о создании условий для развития внутреннего инвестора... А что же сделали для реализации этой задачи те, кто давно обязаны были ее решать?.. В условиях рыночной экономики именно банки обеспечивают инвестиции. Все госбанки не справились со своими задачами... Но об этом нет ни слова. Зато выплывает новая структура — Росфин­агентство».

 

О возможных инвестициях предполагаемого Росфинагентства в строительство дорог, развитие промышленности, сельского хозяйства говорилось еще раньше — на обсуждении законопроекта в комитете Госдумы по бюджету. Депутат Геннадий Кулик («Единая Россия») спросил Сторчака, будет ли хоть один процент этих денег направлен на развитие реального сектора экономики? Сторчак ответил: «Скорее всего, решение должно приниматься за рамками тех ресурсов, которые попадают в управление этому Российскому финансовому агентству. Это другое решение, оно другого уровня».

Какие выводы следуют из этой туманной фразы? Первый — инвестирование в реальный сектор экономики — не дело и не забота Росфинагентства, таких задач даже и не ставилось. Второй — вкладывайте в свой «реальный сектор» любые деньги, но только не те, которыми будет распоряжаться Росфинагентство. То есть эта структура изначально задумана как брокерская компания, биржевой игрок с умопомрачительными, сопоставимыми с бюджетом РФ, капиталами.

Депутат Оксана Дмитриева, (фракция «Справедливая Россия»), начала выступление с конспирологического тезиса:

«Мне представляется, что многочасовые обсуждения Pussy Riot... и другие подобные вопросы — это лишь дымовая завеса для рассмотрения законопроекта о создании Росфинагентства... Теперь понятно, почему... все это время с такой настойчивостью убеждали нас в том, что нужно недоедать, недолечивать, недофинансировать образование, недостраивать дороги и недоремонтировать жилье, а вкладывать все деньги в Резервный фонд... Они говорили, что это голландская болезнь, если мы вдруг потратим наши сбережения. На самом деле, болезнь не голландская, а вполне русская. И называется она: «умыкнуть казну» или «взять кассу...»

Оксана Дмитриева не преувеличивает. Уж она-то, как и другие члены бюджетного комитета Госдумы, не раз сталкивалась с банальными случаями увода государственных денег в неизвестном направлении. Миллиарды перечисляются со счета одного ОАО на другой, по длинной цепочке, пока след их не теряется в офшорных зонах. Непременный атрибут подобных операций — фирмы-однодневки.

То, что предлагает правительство, называется на языке экономистов «аутсорсинг» — передача неключевых функций организации внешним исполнителям, субподрядчикам. Но Резервный фонд и Фонд национального благосостояния — бюджетные средства, и поручать операции с ними кому-либо запрещено по закону. Бюджетом распоряжаются только парламенты. От имени народа.

«Этот закон — момент истины, — заключила Оксана Дмитриева. — Маски сорваны. Теперь понятно, что все десять лет все аргументы и все убеждения по поводу Резервного фонда были многоходовкой, чтобы не потратить эти деньги на расходы бюджета, на функции, которые определены Конституцией, а отдать их непонятно кому и непонятно на что. Но если мы должны принять такой законопроект... то тогда мы должны поменять и нашу Конституцию. И в статье 7, где сказано, что Российская Федерация — социальное государство, осуществляющее политику для достойной жизни граждан, написать честно, что Российское государство — это то государство, которое осуществляет политику в интересах определенной группы лиц, для укрепления их благосостояния и улучшения их жизни».

 

От «Единой России» выступал глава бюджетного комитета Андрей Макаров. Он сообщил, что Госдума готовит поправки в Гражданский кодекс, формы ОАО и ЗАО упраздняются, основными формами станут публичные и непубличные общества, и потому Росфинагентво в виде ОАО недопустимо: «В любом случае должна быть стопроцентно государственная организация...». В общем, законопроект никуда не годится. Но закончил на том, что «Единая Россия» поддерживает его концепцию, только не согласна с правовым содержанием.

Трудно вспомнить, когда депутаты-единороссы перекраивали законопроекты правительства, когда им позволяли решать судьбу гигантских денежных потоков. Предполагается, что Росфинагенство сосредоточит в своих руках около 10 триллионов рублей (333,3 миллиарда долларов). Бюджет РФ 2012 года — 12 триллионов.

Вернемся к заключению Макарова: «Единая Россия» поддерживает концепцию законопроекта, только не согласна с его правовым содержанием.

То есть Госдума оспорила главное: кто будет распоряжаться деньгами.

Если ОАО, то правительство, с контролем Госдумы, Счетной палаты. Как видим, сама Дума такой вариант гневно отвергает. Альтернатива — госкорпорация. Как вначале и задумывалось. Но в таком случае никакого контроля вообще не будет, госкорпорации (по закону) выведены из-под какой-либо ревизии государства. На ОАО с государственным участием формально распространяется власть правительства, Госдумы и Счетной палаты. А на госкорпорацию — только лишь власть президента и его администрации. В том, наверно, и подоплека.

В любом случае деньги Резервного фонда и Фонда национального благосостояния передадут некой новой структуре. Голосов фракции «Единая Россия» вполне достаточно. А выступление Оксаны Дмитриевой в программе «Время» не показали и не покажут.

Она через интернет обратилась к стране:

«В связи с информационной блокадой в СМИ... обращаюсь к гражданскому обществу... с просьбой подключиться к обсуждению законопроекта... и не допустить, чтобы средства налогоплательщиков, аккумулированные в Резервном фонде и Фонде национального благосостояния, были переданы в управление коммерческой структуре и использовались для игры на фондовом рынке».