Поэзия

Опубликовано: 16 апреля 2011 г.
Рубрики:

Григорий Дразнин о себе. Родился в России, жил в Москве и других городах. Работал инженером в промышленности. Много путешествовал по стране и миру. В настоящее время живу в Америке, в пригороде г. Нью-Йорка, работаю по контрактам в народном хозяйстве. Сочиняю стихи несколько лет, но ранее нигде не публиковался.

ригорий Дразнин завоевал первые места в номинациях "Лирика" и "Юмористическая поэзия" на Региональном поэтическом конкурсе журнала "Чайка" (2011 г.).

                                   
Элегия 

Пусть тевтона язык остывает, как вечер, в гортани, 
Ты к нему так привык, он ведь тоже немного картавит. 
И дождю все равно, над какой стороной он прольется, 
Но почувствовать дно ему где-нибудь все же придется. 

Упоителен стеб этих старых, как реки, элегий, 
Пьешь их сдуру взахлеб, как мужик бормотуху в бодеге. 
И текут, как песок между пальцев, пастушьи эклоги, 
Коих слог не высок, но о них позаботились боги. 

Вот и клекот орлов возвещает, как крик петушиный, 
О приходе волхвов, о возне их с дарами мышиной. 
Что ж, подводим итог, ставим "Sic!", что не очень по-русски. 
Вечность жмет, как сапог, отражаясь в ретине моллюска. 

 В море пусто... 

В море пусто, как в обчищенной вором квартире, 
Взгляд, словно в стену, упирается в горизонт, 
Лампы едва мерцают в полупустом трактире 
С окнами то ль на гавань, то ли на сонный Понт. 

Шхуна у края причала насела на катер, 
Ветер с запада, коий с ними давно на ты, 
Втиснулся в бухту и, плавно разрезав фарватер, 
Начал показывать излюбленные финты. 

Мы выпивали, иначе, наверно, могли бы 
Видеть, что кто-то, бинокль приближая морской 
К глазу, на Землю смотрел из созвездия Рыбы, 
И, слегка наклонившись, сделал нам знак рукой. 

 Сводка погоды 

Ни зги и снега круговерть. 
Простор, что выброшен на ветер, 
В бахилах снежных шел на смерть, 
Страдая, как у Гете Вертер. 

Здесь даже мгла была бела, 
Сплошная темь со знаком минус. 
Сперва чернилась, как могла, 
Потом сдалась врагу на милость. 

Здесь все бело, как белый шум, 
Белей всех белых пятен мира, 
Всего, что б вам могло на ум 
Придти, считайте, с Кантемира, 

Белей безмолвия, белей, 
Чем зависть друга и белее 
Звезды в скопленьи Водолей, 
Костей кoщея в мавзолее, 

Белей всех армий, через Понт 
Что шли, блюя за борт от качки, 
В туретчину, за горизонт, 
Без браунингов и заначки. 

Зажги свечу, иди к окну, 
Гляди, но им не делай знаков: 
Там всех метет в одну копну, 
И девственниц, и вурдалаков. 


 Рассветало

Рассветало. Моросило. Веял легкий ветерок,
Разносило по России приглушённый матерок.
И дворовая шалава, и весёлая братва, 
И районная управа, и губернский голова,

И роскошные путаны, и лошары в казино,
И потомки ветеранов битвы при Бородино,
И обычные миряне, и упертая шиза,
И простые прихожане, покосясь на образа,

И художники в запое, и менты в кругу семьи,
И рабочие в забое, и родители с детьми,
И столпы капитализма, и мундиры в орденах, 
И пейзане в чёрных избах, и дворяне в теремах,

И свидетели застоя, и защитники земли
Наше время непростое выражали как могли.
Я один не выражался, только скалился и ржал,
Так как здорово нажрался и с трудом соображал. 

 Журавли
   
Сидел с бутылкой над арыком,
Узбечки прыгали в пыли,
А в небе с гиканьем и криком
Летели клином журавли.

Куда пернатые летели
От нашей жизни красоты,
На юг, в престижные бордели,
На север, в царство мерзлоты?

А, может, просто так кружили
От скуки,  кто их, птиц, поймет?
Они  не мы. В них нет извилин, 
В них только гордость и полет!