Нобелевская премия, Дж. М.Кутце и его «Позор»

Опубликовано: 16 октября 2009 г.
Рубрики:
Писатель Дж.М Кутце (J. M. Coetzee), Южная Африка, лауреат Нобелевской премии по литературе 2003 года

Этот фильм, поставленный американским режиссером по сценарию южноафриканского автора, поверг меня в остолбенение.

Действие происходит в Кейптауне, уже после отмены ненавистного апартеида. Герой — белый профессор, преподающий поэзию английского романтизма. Он лысый, со скошенными глазами, говорит размеренно, как робот, и двигается замедленно, как зомби. Сначала я даже не узнала Джона Малковича. Не потому, что он так замечательно перевоплотился, а потому что здесь он ухитряется плохо играть.

В аудитории сидит хорошенькая мулатка. Профессор с неожиданной сноровкой принимается "клеить" девушку. Она не отказывается пойти к нему выпить вина. Из профессора начинают выделяться тексты невообразимой пошлости. Он объясняет, что красивые женщины должны делиться своей красотой. "А что, если я уже с кем-то делюсь?" — осведомляется студентка. "Тогда надо расширить этот круг", — остроумно отвечает специалист по романтизму.

Затем профессор ведет девушку в ресторан, а несколько позже укладывает в постель. Заметим, что со стороны уложенной не поступает никаких возражений. Однако, она зачем-то все докладывает своему кузену, вроде бы бойфренду по совместительству. Кузен-бойфренд недоволен и совершает враждебные выпады против профессора.

Далее следует сцена, от которой отвисает челюсть. Профессора вызывают на партком за моральное разложение. Ну, может, не на партком, но выглядит очень похоже. Сидят в пустом зале за столом, он посажен перед ними на стуле. Чего они от него хотят, не понятно. И почему выгоняют с работы, тоже не понятно. Профессор разведен. Может, потому, что девушка темнокожая, и спанье с ней приравнивается к угнетению?

Профессор едет к своей дочери Люси, живущей в глуши на ферме. Она там выращивает цветы и возит их продавать в город. Дочь лесбиянка, но покинута своей партнершей. В сарае на ее участке живет Петрус, негр-арендатор. Он постепенно укореняется на чужой земле. Сначала у него поселяется беременная женщина. Потом он принимается сооружать домик. Когда он уезжает на целый день, приходят трое чернокожих бандитов. Они грабят дом, угоняют машину и втроем насилуют Люси, а профессора обливают бензином и поджигают. Он спасается чудом, сунув голову в унитаз. Один из них, чокнутый подросток, оказывается родственником Петруса и спокойно поселяется на участке. Никого не арестуют, машину так и не находят. Ясно, что бесчинства подстроил Петрус, и что он здесь уже хозяин.

Профессор предлагает отправить Люси в Голландию, к ее матери. Она решительно отказывается. План ее таков: родить ребенка от троих насильников (один из которых, напоминаю, помешанный) и выращивать цветы в содружестве с Петрусом. Петрус бормочет что-то про женитьбу — то ли он женится на Люси в дополнение к своей бабе, то ли его чокнутый родич. А может, и оба вместе.

Чтобы доказать зрителю, что чокнутые в этом фильме все сплошь, профессор едет в город и вваливается в дом к соблазненной им студентке. Перед ней и ее родителями он молча становится на четвереньки и бьет им земной поклон — лбом об землю, по-русски. Затем удаляется и сажает в машину чернокожую проститутку. А в финале уже пьет чай-кофе у беременной лесбиянки-дочери и, видимо, предвкушает их прекрасное будущее.

Созерцая весь этот бред, я четко ощущала, как у меня заходит ум за разум. Больше всего меня заинтриговал даже не роботообразный Малкович, а сценарий. Оказалось, что жена режиссера соорудила его по роману Дж. М.Кутце. Этот писатель — африканер, родился в 1940 году в прогрессивной семье. Папу в 1948 году выгнали с работы за выступления против апартеида. В 60-ые годы Кутце-младший уехал в Англию, потом в Америку, преподавал там литературу. В свободное время боролся против войны во Вьетнаме. Вместе с другими 45 педагогами закрылся в университете, держал там оборону и был арестован. Хотел принять гражданство, но в то время у американского правительства еще теплился разум, и ему отказали. Пришлось возвращаться в Кейптаун и профессорствовать на родине. Кутце стал писать книжки. Защищал права животных. Выступал против апартеида. Говорил, что язык политики ему чужд, но он сторонник гуманизма левых. Мяса не ел. По свидетельству коллеги, за десять лет засмеялся один раз. (Жалко, не сказано, над чем). В 1983 году получил премию Букера за роман "Жизнь и времена Майкла К.". Фамилия "К." — это как у Кафки в "Замке". Роман про злоключения "естественного человека", чернокожего садовника с заячьей губой, который стоит над схваткой, страдая как от расизма, так и от повстанцев. В 1994 году Кутце создал роман "Хозяин Петербурга" про... Достоевского. Тут я с ужасом вспомнила, что на книжном клубе меня когда-то заставляли читать это произведение. Там Достоевский страдает из-за смерти своего пасынка Павла (который в настоящей жизни его пережил), и Кутце сильно упирает на тему, развитую в главе "У Тихона" из "Бесов", о том, как Ставрогин растлил девочку.

А в 1999 году был получен второй Букер вот за этот самый "Позор", по которому поставлен фильм.

Это тяжелый случай. Этот писатель явно думает, что он Достоевский. Вот и роман о нем создал. Проник, значит, в его внутренний мир. И сам называет себя русским словом raznochinetz. И герой у него в "Позоре" стучит лбом об землю. Близок, ох, близок автор к русской культуре. Написал в 2007 году книгу "Дневник плохого года", где герой, пожилой писатель, живущий в Австралии (а Кутце в то время уже жил в Австралии, уехав из Южной Африки из-за разгула преступности) вызывает к себе для диктовки молодую — нет, не стенографистку, а машинистку. Но зовут ее Аня! Как Анну Григорьевну Достоевскую.

Очевидно, по мнению Кутце, писать, как Достоевский, это значит выдумывать несусветные ситуации и необъяснимых персонажей.

Надо сказать, что роман "Позор" вызвал неудовольствие президента свободной Южной Африки Мбеке (того самого, что запрещал лечить СПИД вредными западными лекарствами). Не потому, что это плохая литература. Хорошую и плохую еще различить надо. Ему не понравился эпизод с бандитами на ферме, и он изрек: "В Южной Африке не только насилуют!" Так что правящая партия АНК объявила книгу воплощением "эксплуататорских расистских стереотипов".

Но Кутце быстро утешили. В 2003 году (это когда он уже благополучно переехал в Австралию) ему взяли и дали не что-нибудь, а Нобелевскую премию!

Нобелевский комитет по литературе выглядит все более комически. Он начал выдавать премии с 1901 года и как-то забыл Льва Толстого. Да и Чехову оставалось еще три года жизни. Но все-таки до войны список награжденных выглядел пристойно (Киплинг, Сенкевич, Метерлинк, Голсуорси, Бунин, Пиранделло, О'Нил, Томас Манн, Франс, Шоу, Гауптман, Гамсун и другие значительные писатели). В последние же десятилетия соображения политики и "разнообразия" привели к тому, что нам выдают за литературных мэтров Войе Сойинку, Камило Хозе Села, Тони Моррисон, Дарио Фо, Хозе Сарамаго, Жан-Мари Гюстава Ле Клезио — и Дж. М.Кутце. (Кто зачитывался Дарио Фо, прошу поднять руку).

Я посмотрела кое-какие речи, произносимые лауреатами на вручении им премий. Джон Стейнбек (премия 1962 года) говорил о высоком долге и ответственности писателя. О том, что "человек — наша величайшая опасность и наша единственная надежда". Исаак Башевис Зингер (1978) объяснял, почему он пишет на идиш: потому что, когда в день Воскресения восстанут миллионы мертвых евреев, они спросят: "Нет ли чего свежего почитать на идише?" и потому, что это язык его матери, а матери никогда на самом деле не умирают. А также, почему он начал писать для детей. В частности, потому, что "они все еще верят в Бога, семью, ангелов и чертей, ведьм и гоблинов, в логику, в ясность, в пунктуацию и тому подобное старье". Поляк Чеслав Милош (премия 1980 года) говорил о том, что 20-ый век — это век изгнанников, и о духе родства, объединяющем поэтов. Кэнзабуро Оэ (1994) сказал, что он странный японец, потому что в детстве чувствовал более сильную близость к Сельме Лагерлеф, сочинившей сказку про Нильса и диких гусей, чем к японским легендам, но западная литература привела его к японской. Литература Западной Европы научила его искать предназначение души, и он надеется, что его литературная работа "сможет немного отблагодарить западноевропейскую литературу за свет, который она пролила на человеческую жизнь".

А Дж. М.Кутце сказал следующее (привожу не дословно, а в пересказе, но за точность ручаюсь). Узнав о присуждении премии, его "партнерша" Дороти сказала — "Подумай, как обрадовалась бы твоя мать. И отец. Как жаль. что их уже нет в живых". Лауреат спросил — обрадовались ли бы они больше, чем сыну-профессору? Дороти ответила утвердительно. Лауреат возразил, что его матери было бы 99 лет, и она, вероятно, была бы в маразме. Но потом решил, что она все равно порадовалась бы, как любая мать. И поблагодарил усопшего Нобеля и комитет.

Возвращаясь к фильму "Позор" по роману Дж. М. Кутце, хочу привести цитату из рецензии не известного мне интернетовского критика Клэя Кейна, с которым я совершенно согласна: "Храп сидевшего рядом со мной зрителя был лучшим свидетельством того, как ничтожно это утомительное, надсадное кино со своими неправдоподобными, непонятными персонажами и раздерганным сюжетом".

На фестивале в Торонто фильм получил премию прессы ФИПРЕССИ.


ПОЗОР
Disgrace

Art houses
Режиссер Стив Джейкобс

**


    ***** — замечательный фильм
    **** — хороший фильм
    *** — так себе
    ** — плохой фильм
    * — кошмарный