В поисках утраченной империи. Писатель Йозеф Рот 

Опубликовано: 24 марта 2020 г.
Рубрики:

«У Иозефа Рота была русская натура, я сказал бы даже, карамазовская, это был человек больших страстей, который всегда и везде стремился к крайностям; ему были свойственны русская глубина чувств, русское истовое благочестие, но, к несчастью, и русская жажда самоуничтожения. Жила в нем и вторая натура – еврейская, ей он обязан ясным, беспощадно трезвым, критическим умом и справедливой, а потому кроткой мудростью, и эта натура с испугом и одновременно с тайной любовью следила за необузданными, демоническими порывами первой. Еще и третью натуру вложило в Рота его происхождение – австрийскую, он был рыцарственно благороден в каждом поступке, обаятелен и приветлив в повседневной жизни, артистичен и музыкален в своем искусстве. Только этим исключительным и неповторимым сочетанием я объясняю неповторимость его личности и его творчества».

 Стефан Цвейг, австрийский писатель 

  

 Йозеф Рот родился в галицком штетле Броды, который в то время входил в состав Австро-Венгерской империи. К началу Первой мировой войны Броды насчитывали 18 тысяч жителей, подавляющее большинство которых были евреи. 

 Его мать Мириам Грюбель происходила из семьи еврейских купцов, торговавших хмелем. Отец Рота – Нахум Рот принадлежал к ортодоксальной хасидской семье зерноторговцев. Вскоре после рождения сына Йозефа компаньоны Рота по гешефту присвоили принадлежащий ему товар, в результате чего он разорился и сошёл с ума. Нахума поместили в хасидский приют, где он оставался до своей кончины в 1910 году. По воспоминаниям одного из дядей Йозефа: «Это был очень красивый, постоянно смеющийся человек, который совершенно не воспринимал окружающих». Из-за болезни мужа Мириам оказалась в безвыходном положении. Для того чтобы развестись с мужем, необходимо было получить от него письмо о разводе «Гет» (ивр. גט), но, согласно ортодоксальным еврейским законам, безумие считалось проклятием Бога и подпись душевнобольного человека считалась недействительной. Кроме того, безумие отца значительно ухудшало шансы на брак для детей, поэтому судьбу главы семьи хранили в тайне, и даже распространяли слух, что Нахум Рот повесился.

До семи лет маленький Йосиф жил с матерью и дедом Иехиелем Грюбелем. Это был пожилой, благочестивый иудей, что определяло весь распорядок жизни в доме, но, по непонятной причине, вместо обычного для Восточной Европы хедера – начальной религиозной школы, куда мальчиков отдавали четырех лет от роду, – Йозефа определили в немецкую еврейскую школу. 

С 1905 по 1913 год Рот учился в гимназии имени Кронпринца Рудольфа в Бродах. Довольно ощутимый школьный сбор оплачивал его опекун и дядя Зигмунд Грюбель. Обучение в гимназии велось на немецком языке. Йозеф рано начал писать стихи, чем вызывал уважение своих одноклассников. На одном из стендов школьного музея висит фотография гимназиста Рота и факсимиле его стихотворения. Будущий писатель хорошо учился, достаточно сказать, что он был единственным евреем среди учеников своего класса, который выдержал экзамен на аттестат зрелости. 

 

После окончания гимназии Рот переехал в столицу Галиции Львов, где он поступил в Львовский университет. Поселился Йозеф у своего дяди Зигмунда, но вскоре между прагматичным торговцем хмелем и пишущим романтические стихи юным студентом возникли натянутые отношения.

 Атмосфера в университете в это время была достаточно тревожной – между польскими и русинскими студентами происходили рукопашные сражения (русины – славянские племена, издревле жившие в предгорьях Карпат). Кроме того, с 1871 года обучение велось на польском языке, тогда как Рот не мыслил себя вне немецкого языка и немецкой литературы. В итоге, проучившись полгода, он покинул Львов и записался на летний семестр 1914 года в Венский Университет. В Вене Рот поселился в округе Леопольдштадт, где, в основном, жили евреи – выходцы из Восточной Европы. 

1 августа 1914 года разразилась Первая мировая война. Мать Йозефа и его тётя Ребекка бежали в Вену. Поскольку помощь от дяди Зигмунда, находившегося на территории оккупированной русскими войсками, была эпизодической, семья Рот оказалась в крайне тяжёлом экономическом положении и была вынуждена переехать в небольшую квартиру в округе Бригттенау. 

Несмотря на участие Австро-Венгрии в войне, занятия в Венском Университете не прекращались. Йозеф Рот, изучавший германистику, успешно сдал экзамены за первый курс и был отмечен профессорами. Впоследствии писатель негативно оценивал своих сокурсников и преподавателей, за исключением Вальтера Брехта − профессора современной немецкой литературы. К этому же времени относятся первые литературные опыты Рота. В рассказе «Предпочтительный ученик», опубликованном в 1916 году, прообразом для главного героя Антона Ванцля послужил помощник профессора Брехта − некий Хайнц Киндерма − своего рода соперник и конкурент Йозефа, описанный в негативном ключе.

В отличие от большинства своих современников, охваченных патриотическим угаром, Рот первоначально занимал пацифистскую позицию, но со временем его отношение к войне изменилось. Он не хотел, чтобы его считали посторонним, когда речь идет о войне и мире, и 31 мая 1916 года записался на военную службу. Обучение в качестве годичных волонтеров Рот и его друг Юзеф Виттлин проходили в 21-ом батальоне, находившемся в 3-м округе Вены.  

 Одним из ключевых событий в жизни молодого Рота стала смерть императора Франца-Иосифа I, произошедшая 21 ноября 1916 года. Йозеф находился в шеренге солдат, стоявшей вдоль похоронной процессии, и картина траурного шествия навсегда врезалась в его память: «Европейские принцессы и дамы − члены коронованной семьи в полных никабах (одежда из чёрной ткани с прорезью для глаз, покрывающая лицо и тело), сановники без головных уборов, рота почётного караула в медвежьих шапках, катафалк, запряженный восьмёркой вороных лошадей». Другой очевидец похорон императора – десятилетний еврейский мальчик, будущий канцлер Австрии Бруно Крайский – впоследствии напишет в своих мемуарах: «Когда наконец-то появилась процессия, мне показалось, что весь мир окрасился в черный цвет. Это был абсолютно черный парад. На лицах людей читались боль и тревога: что же теперь будет?»

 Позже в романе «Марш Радецкого» Рот описал смерть 86-летнего императора, ставшую символом гибели империи Габсбургов, потери Родины и Отечества. 

После военной школы Рот был переведен в 32-ю пехотную дивизию, дислоцированную в Галиции, и назначен в военную пресс-службу, где он писал репортажи и статьи для «Иллюстрированной военной газеты», выходившей на немецком и венгерском языках. Следует отметить, что многие писатели, такие как Хьюго фон Хофманнсталь, Стефан Цвейг, Райнер Мария Рильке, Роберт Музиль, Эгон Эрвин Киш, работали во время войны в подобных учреждениях.

После окончания Первой мировой войны Австро-Венгерская империя распалась на ряд независимых государств. Йозеф Рот вернулся в Вену и в апреле 1919 года поступил на работу в венскую ежедневную газету «Новый День». За несколько лет он сделал успешную журналистскую карьеру, сумев стать постоянным сотрудником респектабельной и влиятельной немецкой газеты «Франкфуртер Цайтунг».

Материальное положение Йозефа заметно улучшилось. Очевидцы описывали его как образцового денди в цилиндре, с тростью и моноклем – «настоящий венский гигерль».

Знакомясь с журнальными и газетными публикациями Рота, можно отметить насколько актуальными и интересными они являются даже в наше время. Найти в окружающем тебя мире нечто такое, что будет значимо, спустя почти век, – вот что такое подлинный журналистский профессионализм.

Будучи репортёром во «Франкфуртер Цайтунг», Рот совершил немало увлекательных поездок по Европе. Для русскоязычного читателя особый интерес представляет посещение Йозефом Ротом Советского Союза. В течение четырех месяцев с сентября по декабрь 1926 года он проделал путь от Минска до Москвы, проплыл по Волге из Нижнего Новгорода в Астрахань, оттуда отправился в Баку, Тифлис и Одессу, затем вернулся в Москву и перед отъездом в Германию побывал в Ленинграде. Корреспонденции, регулярно печатавшиеся во "Франкфуртер Цейтунг", составили книгу "Путешествие в Россию", которая сопоставима с позднейшими очерками западноевропейских писателей о Советском Союзе, например с "Возвращением из СССР" Андре Жида и с "Москвой 1937 года" Лиона Фейхтвангера . 

По воспоминаниям Ильи Эренбурга: «Рот выделялся среди других иностранных корреспондентов желанием понять чужую жизнь, искренностью, участием к нашим бедам, радостью, с которой он описывал наши первые успехи». Между тем, вернувшись из России, Рот не скрывал своего разочарования, ибо, по его мнению, одних только экономических преобразований в СССР явно недостаточно и развитие советского общества идёт по пути диктатуры и авторитаризма.  

 «Вы не поверите, какой жалкой копией плохих романов является жизнь», − писал в одном из своих частных писем Йозеф Рот, и к величайшему сожалению, история его брака с Фридерикой Райхлер стала тому подтверждением..

Осенью 1919 года в литературном кафе «Херренхоф» Рот познакомился с обаятельной венской красавицей Фридерикой (Фридл) Райхлер. Современники описывали её «как стройную, с длинными ногами темноволосую красавицу с загадочной улыбкой вокруг маленького рта». 

5 марта 1922 году Йозеф и Фридерика поженились. Как вспоминал друг Рота Симон Моргенштерн: «она была для него единственной нитью, связывавшей с миром, частичкой души». Однако кочевой образ жизни писателя имел для обоих трагические последствия. Уже через три года Рот горько признался в одном из писем, что, «несмотря на всю любовь, жена отдалилась от него». Фридерика, которая вряд ли прочитала хотя бы одну книгу мужа, мечтала о домашнем уюте и семейных обедах, а не о купе в вагоне или столике в кафе.

 Во время своих репортажных командировок Рот часто оставлял супругу одну на несколько месяцев, что привело её к растущему беспокойству. Через три года у Фридерики обнаружили признаки душевного расстройства. Рот пережил тяжелый кризис. Пытаясь разобраться в психиатрии, Рот изучал труды доктора Фрейда, не жалея средств обращался к знаменитым врачам, но поставленные ими диагнозы были неутешительны. Разочаровавшись во врачебном искусстве, Рот всё чаще обращался к алкоголю.

 

Когда 23 сентября 1930 года Фридерику, окончательно отказавшуюся от еды, привезли в санаторий Рекавинкель под Веной, она весила всего 32 килограмма. В её медицинской карте было записано: «Пациент был здоров до 1928 года. У больной чередуются ступор и возбуждение, что характерно при диагнозе шизофрения».

Йозеф Рот оплачивал проживание в дорогих частных санаториях до тех пор, пока у него были финансовые возможности. Материальное положение Рота постоянно ухудшалось, и в декабре 1933 года, благодаря посредничеству Симона Моргенштерна, Фридерике было предоставлено место в государственной психиатрической лечебнице «Штайнхоф» в Вене, где Роту приходилось вносить плату за только питание.

Дальнейшая судьба Фридерики Рот сложилась трагически. В июне 1935 года её перевели в медицинский дом для престарелых «Мауер-Олинг» в Нижней Австрии. В том же 1935 году родители Фридерики эмигрировали в Палестину, а чуть позже Рот подал на развод со своей недееспособной женой.

15 июля 1940 года Фридерика Рот, урождённая Райхлер в рамках нацистской программы по умерщвлению душевнобольных людей была убита в газовой камере. Судьбе было угодно, чтобы Фридерика пережила Йозефа на 13 месяцев. 

В начальный период работы Рота в газетах одновременно со статьями и репортажами он написал свой первый роман «Паутина» («Das Spinnennetz»), который осенью 1923 года был опубликован как роман с продолжением в газете «Винер Арбайтер Цайтунг». Окончательная судьба этого произведения неизвестна, и, скорее всего, оно так и не было закончено.

Весной 1924 года в нескольких выпусках газеты «Франкфуртер Цайтунг» напечатали роман Рота «Отель «Савой». Произведение, как это часто бывает с начинающими авторами, во многом автобиографично. Главный герой со странным именем Гавриил и совсем уж редкой для еврея из Восточной Европы фамилией Дан едет из русского плена домой и по дороге застревает в одном из третьеразрядных отелей польского городка Лодзь, который населяют солдаты, возвращающиеся с Первой мировой войны домой, обедневшие граждане рухнувшей Австро-Венгерской империи, стремящиеся эмигрировать в Америку обанкротившиеся коммерсанты, безработные танцовщицы кабаре и прочие персонажи окраинной Европы. 

В романе почти ничего не происходит. Все действующие лица апатичны, их можно описать словами, приписываемыми американской писательнице Гертруде Стайн: «Все вы — потерянное поколение». Дан влюбляется в цирковую артистку Стасю, но у него нет эмоционального накала, чтобы довести их отношения до логического завершения.

В тексте романа можно заметить пристрастие Рота к афоризмам и рискованным обобщениям, характерным для его дальнейшего творчества. Вот некоторые примеры: «Все ученые слова гнусны. На простом языке ты не выразил бы подобной гадости», «Б г карал этот город промышленностью», «Женщины совершают свои глупости не так, как мы, из небрежности или легкомыслия, а тогда, когда они очень несчастны». Роман «Отель «Савой» мгновенно стал в Веймарской Германии бестсселером, а его автор − популярным писателем. 

В 1925 году Рот написал философско-лирическую новеллу «Апрель. История любви» и маленький роман «Слепое зеркало» − историю молодой стенографистки, для которой первый сексуальный опыт заканчивается трагически.

1926 год. Рот на взлёте журналистской и писательской карьеры. За несколько лет из никому неизвестного уроженца австро-венгерской провинции Галиции он становится одним из самых заметных журналистов Германии. Помимо множества репортажей и очерков, на его счету несколько опубликованных романов. 

В 1926 году Йозеф Рот выпустил в свет книгу «Juden auf Wanderschaft», содержание которой актуально и для сегодняшнего дня. Дословно её назание можно перевести как «Евреи в движении» (в нынешней России книга появилась под заголовком «Дороги еврейских исканий»). 

«Автор тешит себя наивной надеждой, что у него найдутся читатели, перед которыми ему не придется защищать евреев европейского Востока; читатели, которые склонят голову перед страданием, величием человеческой души, да и перед грязью, вечной спутницей горя», — пишет Рот в предисловии. 

В первой главе − «Восточные евреи на Западе» − он рассуждает о тех евреях, которые уезжают на Запад, и о тех, которые остаются дома; о судьбах уехавших; об ортодоксах и реформаторах; о евреях как «национальном меньшинстве» и их борьбе за свои права; о том, что такое «еврейская нация» и нужно ли евреям иметь свое государство; об условности понятий «западный» и «восточный» еврей.  

 

В следующих главах − «Еврейский городок», «Западные гетто», «Еврей едет в Америку» − автор не столько анализирует и рассуждает, сколько рассказывает истории и описывает то, что видят его глаза. Показав жизнь безымянного еврейского городка, в котором безошибочно узнаются Броды, Рот дает читателю возможность заглянуть в еврейские кварталы столичных городов Европы, рассказывает о еврейском семействе, которое решилось на отъезд в Америку.

«Народ, который так беззащитен против печальнейших унижений, изначально заслуживает симпатии всех порядочных людей. Для них и написана эта книга» − в этом, по мнению автора, предназначение его труда. 

История праведника Иова, описанная в Ветхом завете, издавна привлекала богословов и философов, художников и поэтов своей удивительной красотой, силой и бесстрашием. Испытания, посланные Иову, не заставили его отречься от Бога, а только укрепили его веру.

 Неудивительно, что Йозеф Рот обратился к этой многострадальной фигуре, ибо смерть матери, неизлечимая болезнь Фридерики, распад империи Габсбургов, рвущиеся к власти в Германии нацисты – всё это, по его мнению, удары судьбы, обрушивающиеся на человека здесь и сейчас.

Книга «Иов», которую многие литературные критики считают «самым еврейским романом Рота», была опубликована в 1930 году. В ней Рот использовал элементы традиционного повествования, чтобы описать жизнь восточноевропейских евреев.

Главный герой книги Мендель Зингер ведёт скромную жизнь в качестве меламеда в одном из штетлов в Восточной Галиции. В семье Менделя и его жены Деборы четверо детей – двое старших сыновей Иона и Шемарья, дочь Мириам и младший сын Менухим. 

 Подобно Иову из Ветхого Завета, верность Менделя Богу подвергается серьезным испытаниям. У младшего сына эпилепсия, он не говорит и к тому же подвергается мучениям со стороны братьев и сестры, которые ревнуют его к матери. Старших братьев призывают в царскую армию. Иона идёт служить и погибает на русско-японской войне. Шемарья с помощью контрабандистов покидает Россию и через какое-то время оказывается в Америке. Мириам ведёт разгульный образ жизни («путается с казаками») и становится позором семьи.

Спустя несколько лет, Шемарья, который переименовался в Сэма, сообщает родителям, что он живёт в Нью-Йорке, женился, хорошо зарабатывает и хочет, чтобы семья Менделя переехала в Америку.

Мендель и Дебора принимают самое трудное решение в своей жизни – по совету раввина, они оставляют Менухима на попечение еврейской семьи Биллесов и вместе с Мириам уезжают из России в Америку. Мендель с трудом привыкает к новой жизни. Помимо незнакомого языка, весь новый образ жизни представляется ему невыносимым. Америка, которая долгое время оставалась нейтральной в мировой политике, вступает в Первую мировую войну. Сэм записывается добровольцем, отправляется в Европу и через некоторое время погибает на поле сражения. Узнав об этом, Дебора умирает от горя, а Мириам сходит с ума и оказывается в психиатрической больнице. Под ударами судьбы Мендель начинает терять веру в Бога. Но в тот момент, когда он отворачивается от Бога, на него нисходит божественная благодать: его младший сын-инвалид, как и предсказывал раввин, выздоравливает и становится знаменитым композитором и дирижёром. Он приезжает в Америку и забирает отца к себе.

«Медленно закрываясь, глаза его взяли с собой в сон всю радостную голубизну неба и лица новых детей. Рядом с ними из коричневого фона выступили портреты Ионы и Мириам. Мендл погрузился в сон. И на него сошло отдохновение от тяжести счастья и величия свершившегося чуда.» − так заканчивается роман «Иов». 

Йозеф Рот родился и вырос в Австро-Венгрии, и в ней он поселил большую часть персонажей своих произведений.   

Роман «Марш Радецкого», написанный в 1932 году, − текст удивительной красоты и внутренней целостности, пронизанный чувством грусти, распада и утраты. В нём Рот развернул широкую панораму австрийской жизни на протяжении более полувека. Название романа отсылает нас к знаменитому маршу Иоганна Штрауса «Марш Радецкого», написанному в 1848 году. 

Роман не случайно открывается сражением при Сольферино (1859 год), в котором австрийские войска под командованием молодого императора Франца-Иосифа потерпели столь сокрушительное поражение, что в результате империя навсегда лишилась итальянских земель.

Основными героями романа являются три поколения семьи Тротта – выходцев из Словении. В битве при Сольферино лейтенант Иосиф Тротта скорее по случайности, чем из храбрости, принимает на себя пулю, предназначавшуюся императору, за что получает чин капитана и дворянское звание. 

Сын Иосифа Тротта всю свою жизнь стремится быть образцовым австрийским чиновником и потому рвёт всякие связи со Словенией. Работая на посту окружного начальника, он как святыню почитает императора и ведёт беспощадную борьбу против тех, кого считал «потрясателями» устоев империи.

Объектом резкой критики предстает в романе Рота австрийская армия начала XX века, в которой служит сын окружного начальника лейтенант Карл-Иосиф. Рот создал целую галерею образов офицеров его величества, наделив их весьма непривлекательными характерами и не слишком нравственными стремлениями, вкусами и привычками.. Изображая глубокую развращенность этой среды, Рот ярко показывает, насколько лживыми стали в ней понятия дворян¬ской и офицерской чести. В отличие от отца и деда, Карл-Иосиф обладает более слабым характером. Он легко поддается растлевающему влиянию окружающих, в особенности армейских офицеров, и только увидев противоречия, которые раздирали империю и армию, он подаёт в отставку и возвращается в словенскую деревню, из которой некогда вышла его семья. 

Начало мировой войны перечёркивает его планы, Карл-Иосиф возвращается в свой полк, чтобы защищать «отечество» и нелепо погибает от пули снайпера.

В эпилоге романа описывается череда смертей главных героев, включая императора Франца Иосифа, и нескончаемый дождь лишь подчёркивает неотвратимость происходящих событий. 

Жить по возможности достойно, а затем умереть – вот основная мысль, которую Йозеф Рот постарался донести до читателя в своём романе «Марш Радецкого», этом траурном реквиеме по Австро-Венгерской империи, распад которой навсегда остался трагическим событием в жизни писателя.

Авторитетнейший литературный критик и публицист Марсель Райх-Раницкий, высоко ценивший творчество Йозефа Рота, включил «Марш Радецкого» в число двадцати наилучших немецкоязычных романов, вышедших за последние два века. 

Рот покинул Германию 30 января 1933 года, в день, когда Гитлер был назначен канцлером. Непосредственная опасность писателю как гражданину Австрии в тот момент еще не угрожала, в Германии все его произведения незамедлительно попали в черный список и подверглись сожжению, наряду с книгами Ремарка, Манна, Кестнера, Брехта и многих других. 

Рот, обладая обострённой писательской интуицией, прекрасно осознавал, куда «катится колесо истории». «Теперь Вы поймете, что мы имеем дело с ужасной катастрофой. Помимо того, что наше литературное и материальное существование уничтожено – все произошедшее ведет к новой войне. Долой всяческие иллюзии!» (Из письма Стефану Цвейгу, март 1933 года).

 В эмиграции Рот по-прежнему вёл кочевую жизнь, путешествуя между Веной, Зальцбургом, Марселем, Ниццей, Остенде, Амстердамом, другими городами. Постоянным местом жительства Рота был Париж, а точнее отель «Фуайо», позже «Отель де ля Пост». В этот период его литературная судьба складывалась относительно удачно, и даже в самые тяжелые годы его печатали больше, нежели многих других коллег по перу. В этот период вышли романы «Тарабас» (1934), «Сто дней» (1935), «Фальшивый вес» (1936), «Исповедь убийцы, рассказанная однажды ночью» (1936), «Склеп капуцинов» (1938), «История 1002-ой ночи» (1938).

В феврале – марте 1937 года Рот по приглашению польского ПЕН-клуба посетил Польшу. Пользуясь случаем, он навестил своих родных, живущих во Львове. Никто и в страшном сне не мог предположить, что большинство из них сгорит в пламени Холокоста.

 

«Аншлюс» Австрии был воспринят Ротом как личная трагедия. Бесславный конец государства, которое он боготворил, возвестил для него конец всей Европы. Тяжело переживая происходящее, Йозеф много пил и с каждым днем состояние его здоровья ухудшалось. 

Весть о самоубийстве в Америке его друга, немецкого поэта и драматурга Эрнста Толлера, повергла Рота в глубокий шок. 23 мая 1939 года друзья поместили его в больницу, где 27 мая он скончался от двусторонней пневмонии. 30 мая 1939 года Рот был похоронен на парижском кладбище Тиаис. Надпись на могильном камне гласит: «Австрийский писатель − умер в Париже в изгнании». 

Свою последнюю посмертно изданную новеллу «Легенда о святом пьянице» Йозеф Рот заканчивает следующими словами: «Боже, дай нам всем, нам, пьющим, такую легкую и прекрасную смерть». Остаётся надеяться, что Всевышний услышал обращение к нему писателя.