Круглов Игорь Вячеславович's blog

Поэт в России больше,
чем артист,
Кормящийся
из щедрых рук
поэта.
В поклонниках
простого куплетиста -
Премьер-министр
и, даже,
президент!

Остались мы с тобой
совсем одни.
Я одинок, и ты одна –
вот славно.
Как бы ничья, и каждый –
при своих,
Сыграли партию
в игре – «Кто главный?».
Всё начиналось,
как у всех,
с любви.
Накрывшей так,
что мало не казалось.

Проснулась муха
в январе,
Хотя всё холоднее.
Сидит
на мусорном ведре,
Об лапку
лапку греет.
Метнул два тапка,
не попав.
(Шкала прицела сбита)
А муха на нос,
полетав,
Уселась и жужжит.
Всё ж, изловчившись
и поймав,

Он кистью красил травку акварелью,
Кустарник с пожелтевшею листвою.
Так вдохновенно красить не умели
И не додумались бы ни Гоген, ни Гойя.

А перед сном – работа по фаянсу.
Зубная щётка, тюбик «блендамета»
И, толи в полусне, а может – трансе,
Он чистит унитазы до рассвета.

Вы раз с пяти додумайтесь: о ком я?
Быть может он дебил, дегенерат?
Не буду вас томить, секрет открою,
Парнишка этот – молодой солдат.

Летнее солнцестояние.
В час,
когда встретились зори,
Грянул на Русь
испытанием
Молох
вселенского горя.
Пчёлы свинцовые
жалили
Влёт,
убивая на месте.
Алы от мёда
алого

Я бы зашёл к тебе
вечером
И, конечно,
разулся у входа.
У тебя чистота
безупречная,
А я с улицы,
с непогоды.
И букет,

Я знаю, вы здесь,
неотпетые,
Со Святыми
неупокоенные.
А звался конец
света
Отечественной
войною.

Удача – блудница лукавая,
Цену свою назови?
Дразнишь, придти обещая,
Только ко мне, по любви.

И, подмигнув, исчезаешь,
В улочках путая след.
Я, в сотый раз догоняя,
Рву лотерейный билет.

Или взлетишь синей птахой.
Так высоко – не видать!
Можешь ползти черепахой,
Но всё равно не догнать.

Отзыв меняешь с паролем,

Привет вам, жители лесные!
Не бойтесь, это снова я
Иду искать места грибные.
Вы их не видели, друзья?

Меня встречаете с опаской.
Не любят что-то здесь людей,
Лишь настороженные глазки
Проводят взглядом из ветвей.

Я – свой, а вот моя корзинка.
В ней термос, нож и пирожок,
Чтоб, набродившись по тропинкам,

Только вчера
пировал в этом зале,
Вроссыпь монеты
и в клочья капрон.
Нынче пришёл,
а меня не узнали…
Стражники
выгнали вон.
Сев на коня,

Колдую, как алхимик,
над строкою.
Из слов простых,
меняя их местами,
Пишу шедевр,
а в склянке предо мною
Чернила – жидкий
философский камень.
У них состав особый:

Ждать на востоке
новую Звезду
В мечтах способен
лишь такой чудак
Как я, но всё ж
наивно жду,
Хоть знает ум, что будет
всё не так.
В своём мирке,

Я был Судьбою
приглашён на бал.
Хрусталь и свечи,
аромат цветов,
Над головами
Млечный Путь сиял,
Танцполом – круг
от солнечных часов.
Глаза вразбежку
от прекрасных дам,

Эх, пиши рука строки складные,
Славь прекрасное, жги убожество,
И в головушке мысли ладные
Всё про истины непреложные.

Только в этот час, да на этот миг
Холодок в душе не унять ничем.
Память с шёпота перешла на крик.
Со стыда горю, худо мне совсем.

В жизни реченьку дважды не ступить,
Да и пристань – вот, уж рукой подать.

На белом юность нарисую.
Кисть – локон твой из медальона.
Рисую то, о чём и ком тоскую.
Искрятся краски, и рука проворна.

На чёрном нарисую грусть
И, мелом, контуры ушедших навсегда.
Недолговечен мой рисунок. Пусть
Их смоет ливень, утечёт вода.

А радость нарисую на холсте,
Который загрунтую лунным светом.

Ты пожалей меня, печаль моя,
И сердце не сжимай
своей ладошкой.
Там радости и так
немножко.
Ты пожалей меня, печаль моя.

Ты пожалей, просил я у любви.
Зачем ты дружишь
с болью и разлукой

Весны начало – чудная пора!
Кровь и ручьи
устраивают гонки,
На травке воробьи
и детвора
С зари и до зари
щебечут звонко.
А я сегодня
загрустил совсем,
Затосковал по празднику,
иному.
Там – радости

Сердце жжёт, подшитый под пижаму,
Комсомольский красный мой билет.
И всплывает в мыслях панорама
Незабвенных, дерзких, юных лет.

То, когда на пленуме районном,
Обсуждая ленинский завет,
Мне плакатом агитационным
Нанесли удар по голове.

Завязав с общественной нагрузкой,
Стал я в цехе передовиком.

Мама, посмотри, какое небо!
Солнце, что весной нежнее стало.
Солнышко полечит и погреет,
Чтобы ты быстрее поправлялась.

Зиму всю болела и болела.
Как лечить? Что стар, что млад – упрямы.
Ни минуты не могла без дела!
Ну в кого ты у меня такая, мама?

И наивно рада, как награде,
Сотне к пенсии, добавленной в апреле.

Толи дождь и снег,
толи снег с дождём,
В крышах серое небо
застряло.
Пейзажист – октябрь
на холсте своём
«Листопад под дождём»
рисовал.
Света солнышка